Главная Обратная связь
 

Дневник Виты.

Роман "Снежные зимы" - Глава XV - Страница 157
Позвонила Ольга. Долго расспрашивала о здоровье, о работе, пересказывала письмо сына и как бы между прочим сообщила:

— Телеграмма тебе. Слушай: «Иван, помоги найти Виту». Без подписи.— С иронией и ревностью усомнилась: куда она могла деваться, ваша Вита? Но тут же сомнение сменилось материнской рассудительностью, даже тревогой: — Загубите вы девушку своими тайнами...

Может быть, сама телеграмма без этих слов жены — «загубите вы девушку» — не прозвучала бы, как отчаянный крик о помощи. А тут екнуло сердце: случилась беда. И очень может быть, что виноват он. Надо ехать. Не теряя ни минуты.
9 декабря 1964 г.

Давно не открывала эту тетрадь. Должно быть, с год. И вот снова захотелось вдруг взяться за нее. Почему? Дневники ведут влюбленные. Несчастные. И вероятно, очень счастливые. А я? Бумаге могу открыть тайну: кажется, я влюбилась. Хотя случилась эта «беда» не вчера, однако писать о ней ни разу не захотелось. А об этом... Человек сказал, что он мой отец. Была я сиротой, и вдруг у меня отец — партизанский командир. Ура! Смеяться или плакать? Мать, которая так темнила насчет моего рождения, признала этот факт. А кому, как не ей, знать, чья я дочь. Но все-таки кажется, что и сейчас она чего-то недоговаривает, моя святая мама. Грустно. Обидно. Какие дурацкие предрассудки! Законно рожденная я или незаконно? Что значит законно или незаконно? Ханжество. Идиотизм. Мне все равно, как я рождена, по каким законам. Ой, так ли? Думала ведь, что мне безразлично, кто мой отец, есть он или нет. А выходит, не безразлично. Вот тебе и на!

Подростком я возненавидела этого человека, когда поняла, почему он изредка наведывается. Но постепенно ненависть прошла. Я узнала жизнь и тайная любовь матери показалась мне смешной и наивной. Если б я так не любила маму, наверное, при моем дурацком характере подсмеялась бы над ней. И то, случалось, вырвется, я натура грубая, несдержанная. Как-то спросила: «Почему это твой любимый больше не приезжает?» Она вспыхнула, как девчонка. А потом плакала тайком. Я просила прощения. Ведь это моя мать. Никого у меня ближе ее и дороже не было и нет. Ох, как мне хотелось поиздеваться над ним, когда мать, краснея, шепнула в школьном коридоре, что приехал ее «партизанский товарищ»! Ох, думала, выдам я этому товарищу! Прямо руки чесались. Но она словно почувствовала: «Я прошу тебя, Вита... Я прошу...»

Догадалась, о чем она просит. Пришла домой, а он спит на диване. Как ребенок. Маленький. И старый уже. Разве обидишь такого? Правда, когда он сказал, я чуть не взбунтовалась. Хотелось крикнуть: «А не запоздало ли ваше признание, дорогой И. В.? На кой черт мне теперь ваше отцовство!» Но после его слов у меня язык не повернулся говорить с ним грубо, бестактно. Все всколыхнулось во мне. Выходит: отец все-таки что-то значит. Вот тебе и условности. Точно заворожил. Такая добренькая стала, вежливенькая, что даже противно вспоминать.

У него — семья, дети. У меня — сестры и брат. И смех и грех. Была я без роду, без племени — и на тебе. Сразу разбогатела. Фантасмагория какая-то. Сон. В самом деле будто сон. Неделю хожу как очумелая. Расспрашиваю у матери: как же я все-таки на свет появилась? Смущается, краснеет, как девочка. Жаль мне ее. И злость разбирает. «Да не маленькая же я, мама! Когда-нибудь до тебя дойдет, что я не только взрослая, но и перерослая!» Темнит чего-то моя мамочка. Ой, темнит. Потому и радость моя потускнела. Сомнения пришли. Не сговорились ли они? Нет, мама подтверждает, что правда, он мой отец. Такой сговор невозможно понять. Хотела потребовать у матери «Поклянись!» Побоялась — обидится.

В первые дни так хотелось Олегу сказать, что И. В. мой отец. Расхотелось. Не скажу. Спросила, что он думает об И. В. «Колючий он. Рядом с таким трудно жить. Как ни повернешься — уколешься».— «А ты любишь мягоньких? Как пуховая подушка? Так знай: и я такая же колючая!» Хотелось поссориться. Но с Олегом не поссоришься: очень уж он добрый. Добрый или добренький? Не люблю добреньких! Не люблю мягоньких, ласковеньких! Если И. В. такой, как говорит Олег, то я, несомненно, его дочь.

Воскресенье, 31.01.2010 (19:57) | Автор: Иван Шамякин
Роман "Снежные зимы":

Читать с I по VII главы

Глава VIII:   Оазисы . Бунт . Гордей Лукич . Знатоки искусства . Внутри пусто . Дочь отряда . Анна Буммель . Операции . Кормилица . Хлебнули . Начальник полиции . Награда .
Глава IX:   Комиссия . Дрянь . Кабинет . Дамба спокойствия . Памятник нерукотворный .
Глава X:   Для инженера . Амбиции . Тысячи и литеры . Радушие . Гостинцы . Преступления . Смерть . На тебе косточку . Пионерский идеализм .
Глава XI:   Саша Павельев . Патриархальное . Шампанское . Гости . Золото и атом . На кожух . Обряды . Кирейчик . Нижняя палата . Зубоскалы . Вита на свадьбе . Партизанская дочка . Заговорщики .
Глава XII:   Физик и лирик . Право . Женщины . Сцена . Эгоизм . На ракете . Война cпишет . Машины . Ухаживание . Защита . Майский дождь .
Глава XIII:   Пожить за счет общества - немалый соблазн . Мужицкая психология . Скрепленная кровью .
Глава XIV:   Обиды . Антикукурузник . Главный агроном . Испытание на разрыв . Захаревич и Гриц . Экономика сельского хозяйства .
Глава XV:   Лявониха . Кролик и удав . Назови женой . Грехи не пускают . Наш Йог . Сиволобиха . Рекомендации . Автобиография . Была тайна . Светлая страничка . Трус . Учитель и ученики . Все возрасты любви . Самобичевание . Кошки скребут . Мстит . Лескавец . Полесская речка .
Конец романа:  


Комментарии пользователей

Добавить комментарий | Последний комментарий