Главная Обратная связь
 

Только и было солнышко раз.

Повесть "Душка" - Глава X - Страница 19
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24
Девушка вместо ответа взглянула на него открыто и широко, и в серых ясных глазах ее, вдруг слегка затуманенных, Вася прочел ответ — и жданный и неожиданный...

— Ну, а тогда все хорошо, все хорошо! — воскликнул он в радостном возбуждении и притянул Душку к себе.

Она стояла в объятиях его неподвижно, но вдруг задышала, слабея, часто и тяжело, и сама опустилась на лавку, а Вася, совсем как перед барышней, стал перед ней на колени.

— Пол-то грязный,— сказала Душка застенчиво и не могла в то же время не улыбнуться.
Вася восторженно ответил на эту ее улыбку; лицо его светилось радостью, и очки, поднявшись с одной стороны, косою линией пересекли висок.
— Ничего, ничего...— быстро зашептал он.— Видишь, как все хорошо. Будет и свадьба, но наша. Да? Вот придет твоя мать, мы и объявимся, да? Душка, слушай, я буду работать, я сильный. Дядя нам даст немного земли. Ах, как я люблю тебя, а ты? Ты? Так же любишь, как я?

Вася еще долго говорил, не замечая то жалостливой, а то порою и горько-суровой полуулыбки на ее лице.

— Встаньте, — сказала она наконец,— кто-то к дому подъехал, нехорошо.

Вася поднялся, обиженный и изумленный.

— Голубчик вы мой, миленький, миленький...— заговорила наконец, также поднявшись, и Душка, — забудьте об этом. Это нельзя.— Она осторожно тронула его волосы и взяла Васину руку, крепко ее пожимая крепкими своими, рабочими пальцами. — Ручка-то какая беленькая, как у барышни,— сказала она и глубоко, прощально вздохнула.— Ну вот и все, стало быть. И хоть были минуточки наши..,
— Душка, послушай, но почему же минуточки?
— А я всегда тебя буду любить,— докончила Душка,— и под венцом буду стоять, тебя вспомяну.
— Так ты не хочешь? Не веришь?
— Вы барин,— ответила Душка и отошла к дверям.

В сени кто-то вошел. Вася хотел еще говорить, возражать, спорить, просить, но вместо того и он оправил рубашку и стал подальше, к углу, где образа.

— А у нас сидит гость,— встретила Душка вошедших.— Барчук за матушкой заходил, а Прасковья за нею на двор пошла.

Первым подошел поздороваться к Васе Гаврюшка, Душкин брат. Он был черномаз, строен и походил на цыгана; коричневые глаза его блестели большим оживлением.

— Здравствуйте, Василий Ликсеич,— сказал он, пожимая Васину руку, — а мы ездили земельку смотреть, дарственную... У-у... хороша земля! — он покрутил головой.— Вы с ружьишком не балуетесь, а то как-нибудь вместе прошлись бы по холодку...

Вася слушал его и невольно следил движения Душки; они были размеренны, спокойны, но и больше того: было в них словно бы нечто покорное. Пока Гришкин отец молча развязывал красную свою подпояску, она так же молча стояла невдалеке к Васе спиною; когда же толстый, крепкий, чернобородый мужик, размявшись, стал скидывать свою свиту, Душка ему помогла и сама повесила ее на гвоздь между дверями и занавеской; Вася заметил даже, как она аккуратно рукою оправила складки. Потом она отошла к столу и так же заботливо тронула скатерть.

Гришкин отец достал из кармана красный платок и прежде всего обтер отпотевшую бороду, потом свернул его, положил обратно в карман и только тогда подошел поздороваться к Васе. Лицо у него было широкое, красное и неожиданно добродушное, так же простодушно глядели и глаза из-под густых бровей, маленькие и живые; с Гришкою не было ни малейшего сходства.

— Из экономии будете? — спросил он.— Гришка мой там. Скоро возьму, пусть приучается к дому. А то нехай послужит еще? — воскликнул он вдруг, с живостью обернувшись в сторону Душки, и весело рассмеялся.— Вот что, Гаврила Гаврилыч,— опять перешел он в степенный и деловой тон,— в телеге-то там...
— Я сейчас сама принесу,— быстро за брата ответила Душка и вышла.
— А вы куда ж, молодой человек? Посидите, отведайте хлеба-соли.
— Я не у вас в гостях,— резко ответил Вася и, пожав Гаврюшкину руку, быстро вышел, минуя Ипата.

Ему было тяжело невыносимо; слезы, гнев и досада душили его. Быстро пройдя через сени, он с порога увидел телегу с еще не отпряженной лошадью, но Душки не было возле нее. Он обернулся назад и вдруг узнал фигуру девушки в дальнем углу сеней, у двери на двор. Душка стояла, прислонившись к стене, и плакала; плечи ее подымались.

Вася быстро к ней подошел и тронул у локтя. Тогда, не глядя, она обняла его обеими руками и тяжело поникла на грудь. Потом быстро обтерла лицо рукавом и стала целовать Васю — в щеки, глаза, губы, очки...

— Милый, милый ты мой, голубчик ты мой сизокрылый, прощай, прощай! Только и было солнышко раз, а теперь, видно, прощай...— с горячею нежностью причитала она, все целуя и плача.

Вася сдержался, чтобы самому не разрыдаться, он собрал все свои силы и, взяв Душку за руки, сказал ей хриплым от волнения голосом:

— Душка, послушай, а ты знаешь, что про него говорят?
— Знаю,— ответила она твердо, и глаза ее стали сухи.— Но вот Христом-богом клянусь, ежели что — убью.

За минуту до того целовавшие нежные губы Душкины были теперь сжаты и тверды; девушка стояла в полутьме перед Васею точно выросшая.

— Ну, идите,— сказала она и, еще раз притянув Васину голову, спокойно и крепко его поцеловала; что-то каменное теперь было в ней и в самом прощальном ее поцелуе.

Вася, покорный, вышел, и шаги его были тяжелы. Когда он обернулся при повороте на главную улицу, то увидел телегу и Душку над ней; он постоял, подождал, но она в его сторону не обернулась. Уже недалеко от дома заметил Вася и Душкину мать, торопливо бежавшую к себе домой. Он инстинктивно почувствовал, что и Любовь Петровна не имела успеха, и ему не захотелось встречаться. Ах, еще есть на свете убежище — сад!..

Вернувшись домой, Вася прошел прямо к себе и накинул на двери крючок.

Автор: Новиков Иван Алексеевич | Воскресенье, 14.03.2010 (12:28)

Комментарии пользователей

Добавить комментарий | Последний комментарий