Главная Обратная связь
 

Жених-офицер.

Повесть "Калина в палисаднике" - Глава X - Страница 19
X
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Прошла гроза, прошел и этот вечер, смешной и мокрый, когда отогревались в самых фантастических костюмах, опустошив все гардеробы, комоды и сундуки (домой возвращались наутро), минула и свадьба Сонечки с Гусиком, отпразднованная на славу, не один раз еще опрокидывались песочные мировые часы, сменяя день на ночь и мрак на зарю; уже от Сонечки Гусевой получились первые открытки из Италии с фресками Гирляндайо из Санта Мария Новелла и с головою Давида из Академии; уже успело завязаться и новое сватовство с другой, ближайшей по очереди девочкой Струковой, Лизой, за которую, ко всеобщему хохоту, присватался гимназист, влюбленный до той поры в Настеньку и из молодечества перед ней в ночь грозы болтавшийся верхом на мокрой лошадиной спине, и дело, смех смехом, уже налаживалось, а Аркадий Андреич говорил с озабоченным видом, что пора, пожалуй, приглядывать жениха и Ирочке. Уже созрела пшеница и был на исходе июль. Лето стояло жаркое, полное гроз, удачи в работе. Крутой дугой подымалось оно и в жизни Валентина Петровича; событий особенных не было, и в то же время было оно полно событий, хотя и были они совсем особого рода, подобные событиям в природе: грозе, дождю и гулявшему над деревьями ветру, полуденному томлению, когда воздух, накаляясь, охваченный ленью, дрожит и мреет над желтыми полями, а листва никнет в изнемогающе сладкой истоме; и многое другое, причудливое и простое, и величественное в своем разнообразии и полноте, проходило чередой в душе Валентина Петровича, неизменно связанное с частыми теперь свиданиями с Настенькой. Точно какой-то затвор был снят, и шумно бежала река, отражая всю полноту бытия.

Валентин Петрович стал бывать и у Настеньки, и дорога через мельницу становилась излюбленной. Жила она у бабушки и двух ее дочерей, обеих рано овдовевших и не имевших детей; мужчин в доме не было, и Настенька среди молчаливых старушек одна наполняла его кипением жизни. Из отрывочных слов этих женщин, сам не расспрашивая, Валентин Петрович узнал только, что отец Настеньки служит в Москве, в Крестьянском банке, что у нее есть брат гимназист, а сама Настенька учится на Екатерининских курсах; об этом она ему ни разу не заикнулась. Был у Настеньки и жених, офицер, да «с ним вышло несчастие», какое именно, об этом не говорили, да и вообще упомянули о нем только раз и мельком.

Впрочем, история эта не была особенно сложной. Аркадий Андреич, знавший давно бабушку Настеньки, еще до приезда внучки погостить в это лето знал от нее обо всем и раз передал Валентину Петровичу. У Настенькина жениха была другая семья, незаконная, о которой Настенька не знала. Но раз эта женщина, мать двух детей, отыскав Настеньку, пришла к ней. О чем они говорили, хорошо неизвестно, но Настенька в слезах вышла проводить свою гостью, и еще всю ночь пробродили они по улицам Москвы, а наутро она не приняла жениха. Он нелегко отнесся к разрыву, начал кутить и проводить ночи за картами. Было и еще одно свидание у них, и Настенька, кажется (хотя бабушка с ужасом только полунамекала об этом), предлагала ему повенчаться с тою (не жить, он ее уже не любил, а лишь узаконить ее и всей семьи положение), и тогда она будто бы станет опять любить его, даже крепче, чем прежде. Но он отказался — низкого происхождения была эта женщина, — так все и расстроилось.

Валентин Петрович с тайным волнением выслушал этот рассказ Аркадия Андреича — так тесно переплеталась эта история с самыми скрытыми и глубокими собственными его переживаниями. Изо всей струковской молодежи бывал у Настеньки изредка один теперешний жених Лизы Струковой. Он приходил к ней и молча просиживал (всегда на одном и том же потертом синеньком креслице) по нескольку часов у окна, выставив вперед через комнату свои тощие ноги и глядя, как Настенька сидит за вышиванием. Потом брал у нее полотенце, выщипывал самыми кончиками, «всегда в трауре», грязных ногтей канву и уходил, длинно вздыхая. «Такой блаженненький, не дай бог,— говорила бабушка Валентину Петровичу, покачивая головой,— ну, а все-таки был жених...» — «И дядя у него с состоянием, лучшую москательную лавку имеет,— подхватывала первая тетушка,— да только Настенька все того не может забыть, хоть и сумасшедший он...» — «Настеньке будто грозил...» — добавляла вторая, а бабушка со вздохом кратко заканчивала: «Ну, и то сказать, офицер...» — «А что же, он предложение делал?» — спрашивал с запинкой Валентин Петрович. «Кто? Москательщик-то? А как же, честь честью, и нам говорил. Мы к ней, а она только рукой махнула, так и отпустила ни с чем. Теперь к Лизаньке Струковой присватывается, что ж, дай ему бог...»

Автор: Новиков Иван Алексеевич | Вторник, 09.03.2010 (18:53)

Комментарии пользователей

Добавить комментарий | Последний комментарий